<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<rss version="2.0"
     xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/"
     xmlns:sy="http://purl.org/rss/1.0/modules/syndication/"
     xmlns:admin="http://webns.net/mvcb/"
     xmlns:rdf="http://www.w3.org/1999/02/22-rdf-syntax-ns#"
     xmlns:content="http://purl.org/rss/1.0/modules/content/"
     xmlns:media="http://search.yahoo.com/mrss/">
<channel>
<title>Журнал «Акционерное общество: вопросы корпоративного управления» &#45; Шаклеин  Денис</title>
<link>https://ao-journal.ru/rss/author/shaklein-dv</link>
<description>Журнал «Акционерное общество: вопросы корпоративного управления» &#45; Шаклеин  Денис</description>
<dc:language>ru</dc:language>
<dc:rights>©2002&#45;2025 Издательство ООО «‎Советник эмитента».</dc:rights>

<item>
<title>Исключение участника из ООО: обзор судебной практики</title>
<link>https://ao-journal.ru/iskljcenie-ucastnika-iz-ooo-obzor-sudebnoj-praktiki</link>
<guid>https://ao-journal.ru/iskljcenie-ucastnika-iz-ooo-obzor-sudebnoj-praktiki</guid>
<description><![CDATA[ Институт исключения  участника из общества появился в 1998 г. с вступлением в силу Федерального  закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ Об обществах с ограниченной ответственностью&quot;  (далее - ФЗ об ООО). Основной целью исключения участника из общества как корпоративного  способа защиты прав1 является устранение вызванных действиями участника  препятствий к осуществлению нормальной деятельности общества.Закон предоставил  участникам ООО, доли которых в совокупности составляют не менее 10% от уставного  капитала, возможность требовать исключения участника из общества. При этом само  общество не может подать иск об исключении участника.Такое исключение может  быть произведено только вследствие принятия соответствующего решения судом,  внесудебный порядок не предусмотрен. Стоит отметить, что ряд цивилистов  критикует данный подход, считая, что такие жизненно важные вопросы должно  решать общее собрание участников/акционеров большинством голосов.В статье 10 ФЗ об ООО  установлено несколько достаточно усмотрительных критериев для определения  наличия оснований для исключения участника:     - грубое нарушение обязанностей, или     - действия или бездействие, которое делает  невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет. ]]></description>
<enclosure url="" length="49398" type="image/jpeg"/>
<pubDate>Thu, 05 Sep 2019 02:21:00 +0300</pubDate>
<dc:creator>Шаклеин  Денис</dc:creator>
<media:keywords></media:keywords>
</item>

<item>
<title>Система корпоративного управления в акционерном обществе: время новых идей </title>
<link>https://ao-journal.ru/sistema-korporativnogo-upravlenij-v-akcionernom-obsestve-vremj-novyk-idej</link>
<guid>https://ao-journal.ru/sistema-korporativnogo-upravlenij-v-akcionernom-obsestve-vremj-novyk-idej</guid>
<description><![CDATA[ В статье суммированы  отдельные пожелания к законодателю, касающиеся доработки системы корпоративного  управления с учетом пакетных изменений в корпоративном законодательстве за последние  несколько лет. Условно мы разделили их на два основных блока.1/ Коллегиальный исполнительный орган как орган без исполнительных  полномочийДля нас на сегодняшний  день основной загадкой нерешительности законодателя при внедрении задуманной им  реформы системы корпоративного управления остается действующий правовой статус  коллегиального исполнительного органа (далее - правление). Вот уже более 20 лет  и до настоящего момента правление является органом, не соответствующим своему  наименованию.Дело в том, что  корпоративным законодательством правление относится к числу исполнительных  органов общества. Однако основой правового статуса исполнительного органа является,  прежде всего, его способность вступать в отношения с третьими лицами от имени  общества. Таким образом, необходимо, чтобы его действия рассматривались  третьими лицами как действия органа в целом, а не отдельных его членов, и, следовательно,  его полномочия как органа определялись бы не на основании выданной отдельным  его членам доверенности, а на основании соответствующего положения устава.  Такое правомочие, например, предельно четко сформулировано для единоличного  исполнительного органа как правомочие действовать от имени общества без  доверенности. По нашему мнению, именно такое правомочие и определяет  преимущественно правовой статус органа общества как исполнительного органа. ]]></description>
<enclosure url="" length="49398" type="image/jpeg"/>
<pubDate>Thu, 28 Feb 2019 17:29:00 +0300</pubDate>
<dc:creator>Шаклеин  Денис</dc:creator>
<media:keywords></media:keywords>
</item>

<item>
<title>Порядок принятия общим собранием акционеров решения о согласии на сделку с заинтересованностью</title>
<link>https://ao-journal.ru/porjdok-prinjtij-obsim-sobraniem-akcionerov-resenij-o-soglasii-na-sdelku-s-zainteresovannostj</link>
<guid>https://ao-journal.ru/porjdok-prinjtij-obsim-sobraniem-akcionerov-resenij-o-soglasii-na-sdelku-s-zainteresovannostj</guid>
<description><![CDATA[ Прошло больше года с момента  вступления в силу изменений, регламентирующих порядок одобрения крупных сделок  и сделок с заинтересованностью. В этой связи мы  предлагаем свой взгляд на некоторые основные элементы предложенного  законодателем нового подхода к порядку одобрения сделок с заинтересованностью  применительно к акционерным обществам, а также, с учетом накопленного за это  время опыта правоприменения, нашу оценку отдельных их преимуществ и  недостатков.
1/ Заинтересованные лица
Заинтересованными лицами  могут быть: а) член совета директоров, б) член  правления, в) генеральный директор, г) контролирующее лицо и/или д) лицо, имеющее право  давать обязательные для исполнения указания. Как видно из приведенного  перечня, законодатель пополнил список заинтересованных лиц контролирующим  лицом, которое пришло на замену акционеру с его аффилированными лицами.
2/ Контроль. Введение понятия  контроль&quot; является первым шагом законодателя на пути постепенного отказа от использования  понятия аффилированность&quot; в корпоративном праве. Данное изменение давно  обсуждалось в юридическом сообществе и было ожидаемым, поскольку понятие  аффилированность&quot; разрабатывалось и оттачивалось прежде всего для решения  задач, стоящих перед антимонопольным, а не корпоративным законодательством. В этой  связи использование данного понятия в корпоративном праве долгие годы являлось  скорее вынужденным, за отсутствием иного. Совершенно очевидно, что задачи,  стоящие перед антимонопольным законодательством, существенно отличаются от задач,  которые призвано решать корпоративное законодательство. ]]></description>
<enclosure url="" length="49398" type="image/jpeg"/>
<pubDate>Fri, 01 Jun 2018 13:58:00 +0300</pubDate>
<dc:creator>Шаклеин  Денис</dc:creator>
<media:keywords></media:keywords>
</item>

<item>
<title>К ВОПРОСУ О ВОЗМОЖНОСТИ ЗАЧЕТА ДИВИДЕНДОВ</title>
<link>https://ao-journal.ru/k-voprosu-o-vozmoznosti-zaceta-dividendov</link>
<guid>https://ao-journal.ru/k-voprosu-o-vozmoznosti-zaceta-dividendov</guid>
<description><![CDATA[ В последнее время мы часто видим в правоприменительной практике, как компании осуществляют зачет требований, возникших из обязанности выплатить дивиденды, со встречными требованиями, возникшими из договорных отношений. Возникает вопрос: возможен ли такой зачет? Предоставить однозначную юридическую квалификацию такой сделки ввиду отсутствия по данному вопросу сложившейся судебной практики представляется крайне затруднительным. ]]></description>
<enclosure url="" length="49398" type="image/jpeg"/>
<pubDate>Sat, 02 May 2015 15:48:00 +0300</pubDate>
<dc:creator>Шаклеин  Денис</dc:creator>
<media:keywords></media:keywords>
</item>

</channel>
</rss>